За две недели до момента, когда я узнала о рецидиве, у меня все было отлично: я жила в любимой стране, где у меня есть чудесные подруги и всегда есть куда пойти. Две хорошие работы, уютная квартира, бассейн в шаговой доступности, много солнца, вкусная еда: идеальный расклад и чувство дома.

Я знала, что рак может вернуться, делала все чекапы и копила деньги на случай новой операции. Но это случилось слишком быстро, агрессивно и с плохим прогнозом. Знаете, я не боюсь смерти, я боюсь физической беспомощности. Боюсь того, что не справлюсь с болью и распадом тела, ну и не решусь никого собой обременять.

Я прожила довольно яркую и многообразную жизнь, даже несколько разных жизней (примерно четыре навскидку). Хотелось бы прожить пятую, армянскую, но тут уж как получится. Я знаю, что в любой момент каждый из нас может лишиться того, что считает ценным: жизни, здоровья, имущества, денег. Наводнение, финансовый кризис, война, пьяный водитель, торчок в подворотне, притаившийся рак — никто не угадает, что и в какой момент убьет или ограбит.

И еще одно знаю: не лишаемся мы только умения учиться, дружить и любить. Когда я рассказывала друзьям о диагнозе, каждый раз восхищалась всеобщей готовности помочь, найти врачей, дать денег, просто поговорить, съездить со мной в больницу, прийти в гости, обнять и приготовить еду. Это дает надежду, правда. Большую, чем давала бы самая лучшая медстраховка.

И вот немного медицинских документов в качестве пруфов. Первый диагноз: аденокарцинома желчного пузыря. Была операция, потом курс химиотерапии. В ноябре 2024 года рецидив: на МРТ обнаружены множественные метастазы в печени, поднялись значения онкомаркеров. Актуальный диагноз: холангиокарцинома, метастатический рак печени, IV стадия.